?

Log in

No account? Create an account

Ранние метки | Следующие метки

Храни забытые стихи...

 Сложно мне писать об этом человеке. Слишком много эмоций, воспоминаний.
Мы часто стесняемся проявлять чувства, вследствие этого не умеем их выражать. Получается или сухо, или пафосно, но одинаково фальшиво... Как выразить свою любовь, признательность человеку, с которым потерялся много лет назад, который и думать забыл о твоем существовании? 
Так уж вышло, что именно благодаря ему во многом сформировалось мое мироощущение. Иногда бывает достаточно непродолжительного общения. 
Тогда он был моим кумиром. Звезда по имени Сева... Поэт, музыкант, философ, программист, ролевик... "Я эльф во всем, кроме бессмертия" - пожалуй, этот афоризм вполне ему подходил. Он воплощал в себе все то, к чему я стремилась. Он научил меня выживать на улице. Он появлялся внезапно и вовремя, небрежно разруливал ситуации, ставившие меня в тупик, и терпеливо объяснял мне, где порылась эта чертова собака.. (:  Я не знаю, зачем я ему была нужна. Наверное, со мной было забавно. Да это и неважно. 

Он играет так, как я не буду никогда. Он пишет так, как мне не дано. 


Вот  небольшая подборка того, что выложено в открытый доступ:

Размышления.

Едучи в транспорте, ежели сидючи,
Думаем разное, от сдачи до выдачи,
Ежели стоя - другой ход мышления,
Ест с перепоя бес опошления.
Жизнь ведь такая - в ней мало поэтики.
Хочется этики? Готовьте билетики.

Око недрёмано, всё ему ведомо,
Где что поломано, продано, предано.
Мимо в окошке цветочки акации,
Да толку от них, как от иллюминации,
Светит, не греет, а зубы - на полку.
Не травоядные мы, что нам с них толку?

Глазом привычным взглянём, не увидевши,
Солнце в ветвях за обыденность выдавши, -
Брак нехороший, неравный, замученный,
Трель соловьиная - реквием случая.
Катится серая муть по-над крышами,
Солнце утратили, жизнь не услышали.
2.06.93 Киев

Наступленье зимы.

Осень тихо скончалась к заутрене,
Христиане взялись отпевать,
Поп обвёл толпу да зенками мутными,
Не придумал, с чего начинать,
Знать, с похмелья, вчерась пил он горькую,
Не поймёт панихиды никак,
Что за блажь - помирать ясной зорькою,
Когда снегом скрипит каждый шаг.

Что ж за осень была - загляденьице,
Золотая, святая, как бог.
Как, бывало, с утра станешь на крыльце -
Лепота, точно царский чертог.
Обтрепали ветра ненаглядную,
Облетели деревья, нагие стоят,
Знать, идут времена безотрадные,
В себе темень да стужу таят.

Что ж теперь, только осень не дышит уж,
Вечер бледность лица затаил,
Да заплаканных глаз гладь, осенних луж,
Уж ледок смертной плёнкой затмил.
Нет ни слов, ни листов, ни златых плодов,
Только снег, зимних нег проводник
Заметает последний пикник океанно бескрайне,
И посмертное ложе под вой ветров
Занимает свою усыпальню.
9.12.93 Киев

Тишина.

Лови тишину, пока есть ещё время,
Дырявым сачком для ловли жуков,
Она ускользает, но всё же за всеми
Звуками есть её отраженье,
Звон в голове, и в ушах гуденье,
И молчание песни без слов.

Лови тишину, пока есть ещё темень,
И за окном не грохочет трамвай,
Можешь бежать за ней через время,
Можешь упасть перед ней на колени,
Можешь молить о счастливом забвеньи,
А можешь её пригласить на чай.

Лови тишину, она есть ещё с нами,
Лови и не дай ей уйти просто так,
Всё ближе рассвет, разговоры с друзьями
Уносят с собою время молчания,
И тишина, не дождавшись признания,
Вновь умирает в кустах.
4.06.94 Киев


Слова, слова...

Слова летят сквозь сон,
Предшествуя ему,
Ложатся на листы
Скользящей, рваной строчкой
И говорят о том,
Что, как и почему,
Взирая с высоты
На запятую с точкой.

Слова живут везде,
Где есть пытливый ум,
Что хочет уяснить
Себе строенье мира.
Слова сродни воде,
Когда теченье дум
Теряет всякий смысл
Средь шумного эфира.

Слова живут собой:
Узором на листе
Да звуками, из губ
Стекающими мерно,
Обижены судьбой,
Повисли в пустоте:
Под грохот медных труб
Их поняли неверно.

8.08.94 Киев

Жара.

Было время чёрное и было время красное,
Доброе и чистое, злое и опасное,
Было время всякое, глупое и зрелое,
Тёмное и светлое - а стало время серое.

Небо монотонное, солнце охреневшее,
Жарит, беспардонное, конного и пешего,
Нет ни капли дождичка, от жары спасения.
Это не погодочка, это невезение.

В горле пересохло уж, засуха-попутчица...
Эх, пойти, принять бы душ, да только не получится,
Эх, вода на донышке, скоро уж закончится...
Спеть бы вам о солнышке, да только петь не хочется.

Засушило мысли все, хоть в альбом прикалывай,
Хрупкие, узорные, словно листья вялые,
Крутятся, цветастые, где-то в отдалении
И мечтают разное о жажды утолении.

Август-сентябрь 1994 г. Киев

Auto da fe.

I.
Шумён костер, разгорается пламя,
Я уважаю Афины и Спарту,
Всех поражаю учением Сартра,
Но профиль затёрт ста торговцев руками,
Шумен костёр, разгорается пламя.
II.
Ветер затих, только холод остался,
Есть много слов, их чем больше, тем меньше
Смысла в них всех, умирающих лечат
Байкой о том, что скоро им поправляться...
Ветер затих...
III.
Сучья трещат, пламя лижет мизинцы,
Скоро начнётся песнь вознесения,
Боль поддаётся пока отнесению
К страсти сторонней, как будто мне снится:
Сучья трещат...
IV.
Пепел в груди, там где сердце стучалось
В тщетной попытке найти выход из клетки.
Я восхищён этой глупостью редкой
Тех, кто безбожников в небо бросали,
Жить оставаясь в аду... Жить... Оставаясь...
13.07.97 Киев – Москва


Разгром

Милый граф, я хочу сообщить Вам ужасную новость:
Ваша конница храбро сражалась - под флагом врага,
Видно, наш неприятель - знаток похищения конниц,
Или эта измена была интересна богам.

А ещё, милый граф, без гвардейцев сбежали солдаты,
Вы же знаете: это бычьё, им нельзя доверять.
Чтобы их задержать, повелел я схватить виноватых
И судить трибуналом, а после тотчас расстрелять.

Но солдаты, смеясь мне в ответ, наводили мушкеты
И под ноги стреляли, чтоб прыгал я, словно олень,
Лишь один не стрелял, и я был благодарен за это,
Пока он не сказал, что ему просто целиться лень.

А потом они все разбежались, меня бросив с флагом,
И я дрался под ним, и был лошадью сбит, и пленён,
Но меня отпустил неприятель, принявши присягу,
Что его манифест будет верно до Вас донесён.

И поскольку быть вражьим герольдом считаю позором,
Я хочу Вам сказать, милый граф, Ваш покорный слуга,
Предпочтя скорый финиш житью с униженьем во взоре,
Покидает сей мир, свою душу вверяя богам...

Граф с усмешкою горькою глянул на павшее тело,
Молвил вслух: "Бедный Йорик, сраженья - не твой был удел".
Поднялся, вышел вон, в тот же вечер нашли его стрелы,
Ну а бард позабытый один в тронной зале... смердел...
21.02.97 Киев


(из цикла "Обращение к себе")

Когда за тобою навеки захлопнутся двери,
И поступью времени станут удары часов,
Ты можешь скитаться по истинам в поисках веры,
А можешь усвоить несложный устав городов :

С букетом невянущих роз и дежурной улыбкой
Встречать на вокзале любовь, поезда и года,
Разлуки и горе считая досадной ошибкой,
Которую, впрочем, возможно исправить всегда -

Достаточно просто найти в расписании поезд,
Слегка потолкаться и выудить нужный билет,
А, коли не вышло, не стоит себя беспокоить :
Всегда есть купе, претендента в которое нет.

И вдаль по железным путям полететь без оглядки,
Сверяя хронометром этот размеренный бег,
А, если наскучит, от скуки ведь есть пересадки,
И станций достанет на скучный наш серенький век.


* * *
Отступает от окон зима осторожно,
На реке талый лед поджидает хитро,
Ветер бьет словно током, шуршит подорожной,
Ледяною тоской обжигает нутро,
Собирайся в дорогу, зафыркали кони,
Своё спящее счастье целуй впопыхах,
Нас зовёт наша Родина, сука в законе,
За великие цели свои подыхать.

Где нас пустят в расход господа генералы -
Что за радость об этом узнать наперёд?
Как надсадно с утра вслед вороны орали -
Знать, дела принимают дурной оборот.
Во сто крат перегнув все возможные палки,
Прёт имперский орёл, и двулик, и могуч.
Лучше б сразу найти потолочную балку,
Да не выйдет: ты всё ещё слишком живуч.


Дни протянутся, однообразно жестоки,
Забирая с собой и друзей, и врагов,
Репортажей и сводок короткие строки
Наливают шинель в реку без берегов,
И в конечном итоге что от нас остаётся?
Отработанный ствол, кучка стреляных гильз,
В равнодушных домах под негреющим солнцем
Оседаем, как грязь, опускаемся вниз,

И снова улица встретит засоленным снегом,
А под ним и ледок поджидает хитро,
Те, кто выжил, пьют горькую, давятся слегом
Или на инвалидках аскают в метро,
Век бетонных заборов услужливо стелет
Полотно серых стен для автографов дна...
Так хотелось поверить: мы были последними,
Но генералам нужны ордена.

* * *
Шаги за спиной
Спокойно, они не за мной, но —
Шаги за спиной.
Шаги за спиной...
"Эй, сзади! Я свой!"
- хе-хе-хе-хм-кхе-кх...


Моя личная тень — новобранец, салага,
То отстанет на шаг, то нагонит полшага,
Позволяет себе шаркать, кашлять в кулак
И курить — а ведь я ненавижу табак.
Он не босс, не боксёр, не крутая блондинка,
Он не пойман — не вор, человек-невидимка,
Он почти что как я, но с отличьем одним:
Кто-то ходит над ним, но не ходят за ним.

Мы враги с ним по этой причине одной —
Он не слышит всё время шагов за спиной...


Моя личная тень — недотёпа, халтура,
Слышен топот и шепот, заметна фигура,
Он не держит дистанцию — что говорить:
Он пытался уже попросить прикурить!
А друзьям всё смешно: "Паранойя заела?"
Они заняты делом, им, конечно, нет дела
Им по-прежнему кажется очень смешной
Сама мысль о каких-то шагах за спиной.

Мне было б смешно, только я не больной
Смеяться, пока кто-то ходит за мной,


Я знаю, что делать, я принял решенье,
Меня в дураках бесполезно держать,
Я стану за кем-нибудь следовать тенью
И в спину ему неотступно дышать.
Он сам всё поймёт, или я подыграю,
И он станет красться за чьей-то спиной,
Я тенью — за ним, а за нами вслед фраер,
Который по-прежнему ходит за мной.

(solo)

Возможно, когда-нибудь круг разрастётся
Настолько, что чьи-то вопьются глаза
В того, кто за мной постоянно плетётся,
И он хоть на миг обернётся назад —
Мне хватит: я скроюсь, растаю, исчезну,
Пусть мечет и рвёт, пусть он брызжет слюной...
Ну, в общем и целом, я знал, если честно,
Что мне не уйти от шагов за спиной...

Мой внутренний голос ворчит из куста:
"Я знаю, что это топ-топ неспроста".
взято   www.liveinternet.ru/showjournal.phpgvs.rinet.ru/erra/


Спасибо тебе, Сева.

Метки: